Я рассказывал друзьям и знакомым о том, что начал писать книгу, и реакция была восторженная. Когда они интересовались, про что она будет, я говорил, что это будет автобиография, то получал насмешки и лёгкое недоумение в связи с этим. Отлично, ведь это именно то, что мне нужно — недоумение. Я ещё ничего не написал, а реакция уже такая, как надо.

С другой стороны, все воспринимают автобиографию как нарциссическое или субъективное литературное сочинение, но мне хотелось сделать из этого что-то намного более широкое, глубокое и тяжелое, чем эта скудная прыщавая мысль. Просто, мне кажется, слово «автобиография» подразумевает обыкновенное жизнеописание, а мне хочется использовать данную возможность по-максимуму и создать что-то интересное. У многих, кто писал свою автобиографию, получалось что-то необычное или, наоборот, обычное, так как получался некий слепок сознания человека, где он мог сохранить фрагменты внутреннего диалога для читателя.

Видимо, моя автобиография заранее воспринималась всеми как нечто нелепое и претенциозное, что говорит обо мне всем окружающим что-то своё — как психоаналитическое зеркало. На самом деле я просто понял, что хочу написать что-то, но пока не знаю что. Рассказы, повести и сказки — это ложь и неправда, в них писатели рассказывают небылицы и истории, которые не происходили на самом деле. Я считаю, что лгать людям нельзя ни в коем случае, но и говорить им лишь только правду — это бессмысленно, согласитесь? Люди ведь на самом деле не хотят знать правду, иначе это уже не люди вовсе, а мне в первую очередь хочется менять людей и делать из них не людей, а что-то другое, и, к моему сожалению, это может сделать только правда, сказанная как ложь. Поэтому жанр автобиографии наиболее интересен для меня — он не подразумевает ложь, а только детскую предельную искренность и нечеловеческую честность, и поэтому я выбрал такое название для своей первой книги.

Немаловажным я считаю упомянуть мой издевательско-уважительный подход к написанию произведения. Помимо того, что я старался любым удобным способом разнообразить книгу, при этом сохраняя свою честность и семейную атмосферу, мне необходимо было добавить в неё что-то глупое и необычное. Например, по мере того как вы читаете эту книгу, а она, разумеется, в свою очередь читает вас, на вашем пути будут попадаться сноски, которые на первый взгляд бесполезны, но с другой стороны полностью оправданы и логичны по своей насекомой природе. Почему насекомой? Да потому что они ^{маленькие} и изначально подразумевают под собой изучение.

Мои родные наслышаны о моём даре предвидеть и предсказывать будущее. А если бы я был ещё и слепым, как знаменитая Ванга, то логично бы видел ещё больше. Так вот, я предвижу, что те, кому это ЧТИВО (Минаев, здравствуйте! Теперь я могу называть нас коллегами) не понравится, тот просто вообще ничего не понимает. Да, эта фраза достаточно заезжена, и многие бы меня упрекнули как творческого человека в банальности, но в нынешнее время банальность — есть некий извращенный гротеск. Главное, что меня огорчает в глобальном плане, это исчезновение фактуры, все какие-то вылизанные, стереотипные и окантованные, в этом теряется очарование. Мне же сначала не нравился мой нос и моя улыбка, но когда я стал чаще улыбаться, я заметил, как люди ко мне потянулись. Я стал ценить себя, а это, как все вокруг нас говорят, важно.

Кстати о важном. Вся книга поделена на главы, а главы поделены на несколько частей. Это помогает лучше понять автора и его дальнейшие перспективы на существование в литературной среде, точно так же, как и учёные, разрезающие мозг человека на множество слоев, чтобы понять, насколько человек достойно прожил эту жизнь. Я, конечно, не первый, кто так делает, например, Стефан Лангтон стал первым, кто разработал эту методику и увлекся ей настолько, что решил поделить на главы аж божественное откровение. Круто, молодец, но мне кажется, к этому всё и шло. Как и подходит к концу мой вступительный бубнеж…